Молитва от страсти табакокурения

Самое подробное описание: молитва от страсти табакокурения - для наших читателей и подписчиков.

Сильная молитва от курения. Советы, отзывы

А вы знаете, что вредные привычки еще и опасны? Они приводят к заболеваниям и смерти. Потому людям нужна молитва от курения. Для зависимых от дыма личностей это почти единственное средство, помогающее укрепить силы, не отказаться от начатой борьбы. Давайте поговорим, какова молитва от курения, как ее читать, к кому обращать. Важно понять, работает ли это чудодейственное средство. Мы постараемся осветить и разъяснить отзывы тех, кто пытался освободиться от вредной привычки при помощи молитвы.

Порассуждаем о вере

Начать следует с отношения к вере в целом. Дело в том, что молитва от курения сигарет – это не заговор и не таблетка. Нельзя прочесть пару раз текст и перестать тянуться к табаку. Это обман, что есть нечто, позволяющее избавиться от зависимости в один момент. Любому, кто когда-то курил, известно: бросить привычку тяжело, для этого необходимо упорство и настойчивость. Многих воля подводит. Они тянутся к сигарете, не выдержав соблазна. Последнее слово очень важно. Как говорил преподобный Амвросий Оптинский: курение мутит разум, расслабляет душу. Оно является дьявольским соблазном, имитирующим церковные обычаи. В храме курят благоухающий фимиам, а нечистый подталкивает человека к пусканию смрадного дыма из уст. Причем люди считают, что это хорошо. А ведь Господь, создавая чадо свое, не давал ему навыков курения. Эта привычка неестественна. Амвросий Оптинский считал, что эта привычка никак с верой не сочетается. Тот, кто берётся за табак, не имеет Бога в душе. Искренняя вера дает человеку силы, чтобы побороть дурную привычку.

Есть ли молитва от курения?

Чтобы ответить на этот вопрос, обратимся к истории. Дело было в 1905 году. Преподобный Силуан Афонский посетил тогда Россию. Он путешествовал на поезде и как-то встретился с богатым купцом. Тот предложил старцу сигарету. Отказ воспринял довольно агрессивно и стал убеждать, что в табаке нет ничего дурного. Преподобный Силуан Афонский не стал вступать в спор. Он предложил купцу прочесть «Отче наш», перед тем как зажечь сигарету. Тот возразил, считая, что совсем не дело смешивать обращение к Господу и табак. Старец же ему сказал: «Всякое дело, что начинается с молитвы. Если она произносится в смущении, то и за работу браться не стоит».

Смысл этой истории таков: любая молитва – от курения. Просто необходимо в душе иметь понимание того, что табак Господь человеку не давал. Значит, привычка произошла от дьявола. Хотя есть и специальная молитва об избавлении от курения. К ней мы подойдем немного позже. Если читать текст, не осознавая его смысла, то помощи не будет. Борьбу с привычкой следует начинать с убеждения в ее греховности. Когда человек способен отказаться от навязанных обществом взглядов относительно табака, он примет правильное решение.

Не секрет, в кино, литературе, СМИ идет постоянная пропаганда курения. Информация впитывается в подсознание помимо воли. Ныне мало кто считает эту привычку постыдной. Молитва от курения начинается с понимания того, что занимаешься чем-то, не одобренным Господом, то есть совершаешь грех.

Небольшая притча

Как-то к старцу Паисию Святогорцу пришел человек, дочь которого была тяжко больна. Ребенок буквально погибал от различных недугов. Врачи не давали шансов на выздоровление. Отчаявшийся отец просил старца помолиться за девочку, помочь. Отец Паисий, конечно, не отказал несчастному. Он пообещал, что помолится за дитя. В беседе же сказал, что надобно и отцу помогать своему чаду. В частности, изрек старец, следует мужчине оставить греховную привычку курения, чтобы страданиями своими дать силы дочери. Отец Паисий считал, что принуждение, ограничение, которые станут для отца неким испытанием, поспособствуют выздоровлению девочки.

Старец пытался передать нам всем, не только несчастному мужчине, что греховные страсти, в том числе и курение, уводят нас от нормальной, естественной жизни. Даны же людям, чтобы бороться с ними, демонстрировать поведением, что они дети Господа, не дьявола.

Упомянутый в нашей истории мужчина с радостью оставил сигареты возле храма и никогда более к ним не прикасался.

Кому молиться?

Давайте поговорим о процессе избавления от дурных страстей. Столкнувшись с проблемой, человек теряется. Слово Божие ныне никто не изучает. Современный человек просто не представляет, к кому должна быть обращена православная молитва от курения. Священнослужители говорят, что особого значения это не имеет. Мы приведем тексты, рекомендуемые церковью. Однако следует в душу свою заглянуть. Все наши молитвы обращены к Господу. У его престола множество достойных душ. Когда мы упоминаем имя того или иного святого, просим его передать чаяния Всевышнему. Потому слова свои направляйте тому, кто вызывает доверие. К примеру, преподобному Амвросию Оптинскому. При жизни он много сил потратил на то, чтобы разъяснить людям греховность табака, неестественность курения.

Текст молитвы

Преподобный отче Амвросие! Ты стоишь пред престолом Господа. Умоли Всевышнего оказать мне помощь быструю в борьбе со страстью нечистой. Господи! Внемли молитвам угодника Твоего! Позволь устам моим очиститься от дыма зловонного. Сделай сердце мое целомудренным, пусть насытиться оно благоуханием Духа Твоего Святого! Пусть бежит от меня подальше табачная злая страсть в те края, откуда явилась, – во чрево адово! Аминь!

Как нужно молиться

Борьба со страстью, угнездившейся в душе, очень тяжела. Чтобы она оказалась не напрасной, сходите в церковь. Господь говорил, что храм находится в нашей душе. Найти его, обнаружить в себе помогает церковная атмосфера. Постойте возле икон, зажгите свечи, задайте себе вопрос, почему желаете бросить курение. Пространство, пронизанное молитвами и страданиями верующих, окажет на вас позитивное влияние. Рекомендуется впервые молитву от курения произносить именно в церкви. Когда проникнитесь правильностью своего решения, то обращайтесь к Господу и святым из дому или из другого места. Сильная молитва от курения становится таковой, если идет из сердца. Нужно относиться к делу серьезно и искренне, тогда помощь придет незамедлительно.

Молитва Ангелу-хранителю

Священнослужители рекомендуют обращаться к своему небесному покровителю с просьбой о подмоге. Ведь господь назначил его вам именно для этого. Слова можно подбирать самостоятельно. К примеру, сразу после пробуждения так говорите: «Ангел Божий, мой охранитель, Господом с небес данный! Прошу тебя сохранить меня от зла всякого в течение дня. Наставь меня сегодня на путь спасения, отведи от греха. Аминь!» Начинайте, коли желаете справиться с пагубной привычкой, утро с этой коротенькой молитвы. А если в течение дня опять придет соблазн, то повторяйте молитву. Поверьте, любой текст поможет укрепить силу воли, если решение твердо. Не помните специальных молитв, произносите те, что приходят в голову. Нет никакого запрета по поводу текстов. Важно, что вы в душе имеете стремление получить поддержку свыше в очень важном и полезном деле.

Молитва от курения: отзывы

Мнения тех, кто пытался справиться с греховными страстями, разнятся. Одни уверены, что молитва помогает очень хорошо, другие утверждают, что ее влияние минимально. Объяснить такое расхождение оценок очень просто. Тот человек, что верит искренне, сам себя вытягивает из непростой ситуации. Он ощущает помощь Господа, когда тянется к нему. А если нет в душе Бога, то и молиться не стоит. Это окажется пустой тратой времени.

Один человек рассказывал, что, решив бросить курение, последовал совету Амвросия Оптинского. Как только рука тянулась к пачке сигарет, он читал одну главу из Евангелия. После этого занятия курить не хотелось. И так он поступал каждый раз, чувствуя непреодолимое желание затянуться дымом. Он сам себе сказал, что порцию никотина получит только после чтения Святой книги. Так и бросил, после мудрых текстов предаваться дурной страсти как-то не получалось.

Заключение

Иногда рекомендуют близким молиться за курильщика. Ничего дурного в этом нет. Только если человек сам не решит бороться со страстью, ничего ему не поможет. Это следует хорошо понимать. Господь добр, он предлагает нам свою поддержку. Но приходит на помощь только к тем, кто осознал свой проступок. Это личное испытание. А близкие могут повлиять на выбор человека, рассказывая ему, к примеру, приведенные выше случаи из жизни святых. Эти и многие другие истории исподволь подведут курильщика к размышлениям по поводу своего поведения. Кроме того, не стоит осуждать человека. Доброта сильнее злобы. Это понимает любой верующий. Помогите близкому человеку понять греховность страсти и найти силы для борьбы с нею. А молиться за него, конечно, нужно. Но не с тем, чтобы он бросил курить, а чтобы Господь помог ему глаза открыть на пагубность дурной привычки.

Молитва от страсти табакокурения

Молитва недугующего страстью курения ко Господу Богу

Многомилостивый Господи! Услыши прошение мое, прими молитву недостойного раба Твоего, не возгнушайся язв моих, не отвратись от мене. Якоже иногда еси исцелил сребролюбивую душу Закхея мытаря, исцели и мою душу, болезнущую многими страстьми и бедами. Господи, вонми гласу моления моего, услыши стенания и жалкий вопль мой. О, горе мне, горе мне грешному, поелику уподобляюсь идолопоклонникам, не стыжусь воскурять фимиам бесовский, не стыжусь оскорблять Тебя, Господи, лукавством сердца моего. Искушаю Тебя чрезмерной надеянностью на Твое долготерпение. Стоя во Святем Храме Твоем, ублажаюсь благоуханием ладана, а по часе паки таяжде услаждаюсь курение зловония. Оскверняю уста мои и сими же устами глаголю словеса хвалебные к Тебе. Аки пес возвращается к своей блевотине, тако же аз греху служу. Всем бо яко грех есть сие, но не имам дерзновения отрещися мзды наемничей. Многомилостивый Господи! Снизойди моей немощи, прости мое непотребство, укрепи мя, даждь ми терпение и мужество душевное, не остави мене, не даждь мне погобнути в тине греховней, Спаси, Господи! Погибаю! Яко же иногда еси, Господи, исцелил, по молитвам Пречистой Матерее твоея, некоего мужа Сергия — исцели и мене недостойного. Якоже иногда еси Господи, избавил, по молитвам преподобного Амвросия Оптинского от скверной привычки некоего Алексея Московского — избавь и мене окаянного. Якоже иногда еси Господи, свободил, по молитвам святых отец Киево-Печерских, от давлеющей страсти некоего Максима и поставил его служити Тебе во Святем Храме Твоем — темже и мене сквернаго и нечистаго свободи, и даждь ми послужити правде Твоей, и поработати без лености тощно Тебе Господу моему Иисусу Христу во вся дни живота моего, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Молитва от страсти курения преподобному Амвросию Оптинскому

Преподобне отче Амвросие, ты, имея дерзновение пред Господом, умоли Великодаровитого Владыку подать мне скорую помощь в борьбе с нечистой страстью.

Господи! Молитвами угодника Твоего, преподобного Амвросия, очисти мои уста, оцеломудри сердце и насыти его благоуханием Духа Твоего Святого, да отбежит от мене далече злая табачная страсть, туда, откуда пришла, во чрево адово. Аминь.

Ещё преподобный Амвросий Оптинский дал совет:

“Советую вам употребить против этой страсти духовное врачевство: подробно исповедуйтесь во всех грехах с семи лет и за всю жизнь, причаститесь Святых Таин, читайте ежедневно, стоя, Евангелие, по главе или более; а когда нападет тоска, тогда читайте опять, пока не пройдет тоска; опять нападет — и опять читайте Евангелие, или вместо этого кладите наедине по тридцать три больших поклона в память земной жизни Спасителя”.

Молитва от страсти курения Пресвятой Троице

О премилосердный Боже, Отче, Сыне и Святьш Душе, в Нераздельней Троице покланяемый и славимый, призри благоутробно на раба Твоего (имя), болезнию одержимаго; отпусти ему вся согрешения его; подай ему исцеление от болезни; возврати ему здравие и силы телесные; подай ему долгоденственное и благоденственное житие, мирные Твой и премирные блага, чтобы он вместе с нами приносил благодарные мольбы Тебе, Всещедрому Богу и Создателю нашему. Аминь.

Молитва от страсти курения Ангелу-Хранителю

Ангеле Божий, хранителю мой святый, на соблюдение мне от Бога с небес данный! Прилежно молю тя: ты мя днесь просвети, и от всякаго зла сохрани, ко всякому деянию настави, и на путь спасения направи. Аминь.

Во время молитвы необходимо сосредоточиться на своей цели, которая состоит в искреннем желании покончить с курением.

Если во время бросания наступает ломка, то молиться следует еще усерднее. И необходимо верить, что при помощи высших сил, Бога и ценой собственной воли вы сможете навсегда избавиться от никотиновой зависимости.

Дома можно возносить молитвы перед иконой Матери Божьей «Взыскание погибших».

Для того чтобы велико было терпение человека решившего не курить, необходимо обращаться к Иове Многострадальному. Помогает в особенно тяжелых случаях молитва Святителю Иоанну Златоусту. Для поддержания духа в борьбе со злом, который несет в себе табак, поможет молитва Святителю Тихону Воронежскому.

Старец Стахий о грехе курения

Молитва от страсти табакокурения

Молитва недугующего страстью курения

Молитва от страсти курения преподобному Амвросию Оптинскому

Яко к целебному источнику, притекаем к тебе, Амвросие отче наш, ты бо на путь спасения нас верно наставляеши, молитвами от бед и напастей охраняеши, в телесных и душевных скорбех утешаеши, паче же смирению, терпению и любви научаеши, моли Человеколюбца Христа и Заступницу Усердную спастися душам нашим.

Завет Пастыреначальника исполнив, старчества благодать наследовал еси, болезнуя сердцем о всех с верою притекающих к тебе. Темже и мы, чада твоя, с любовию вопием ти: отче святый Амвросие, моли Христа Бога спастися душам нашим.

Отцы Церкви и подвижники благочестия о курении

Крепко неприлично, но приличие и неприличие, то же что люди, – изменяются.

Потерпите дурную привычку, но в грех ее не возводите.

Помолиться, чтобы дочь ваша отвыкла,- хорошее дело. Но этого нет нужды облекать в особую форму. При всяком молитвословии взывайте к Богу. И Он устроит, как Его святой воле угодно. (Вып. 8, пис. 1230, стр. 12)

Но совета на это никакого нет и не бывает, кроме – решиться покрепче. Иного способа нет.

Курить или не курить, есть дело безразличное, по крайней мере, наша и общая совесть считает это таким.

Но когда некурение связывается обещанием, тогда оно вступает в нравственный порядок и становится делом совести, неисполнение которого не может не мутить ее. Вот вам враг и подсолил. Верно, вы хорошо поговели. Враг надоумил вас положить решение, а потом сбил к нарушению данного слова. Вот и вся история! Извольте учиться и впредь смотреть в оба. На что вязать себя обетом? Говорить надо: постой, дай-ка попробую бросить. Бог даст, и слажу. Встречали вы у святых старцев совет: не вязать себя обетом? Вот таких именно дел это касается. (Вып. 2, пис. 369, стр. 240)

Табак расслабляет душу, умножает и усиливает страсти, омрачает разум и разрушает здоровье медленной смертью. Раздражительность и тоска – это следствие болезненности души от табакокурения.

Курение – страсть духовная: по природе курить человеку несвойственно так, как, скажем, есть, пить, иметь семью. Наверное можно сказать, что курение – некий антипод молитвы. Молитва называется у святых отцов дыханием души. Сосредоточивая ум человека в себе и в Боге, она доставляет ему истинное успокоение, очищение ума и сердца, ощущение духовной силы и бодрости. Курение, связанное с дыханием тела, вызывает суррогаты этих чувств. И сам символ молитвы – курение благовонного фимиама, весьма наглядно выражает противоположность благоухания ладана – употреблению зловонного диавольского зелья”.

“При службах Божиих воскуривают же ладаном, как и рабам греха не изобрести своего рода курения? Первое приятно Богу, а второе должно быть приятно врагу Божию – диаволу”.

Человек извратил самые наслаждения чувственные. Для обоняния и вкуса, и отчасти для самого дыхания, он изобрел и воскуряет почти непрестанно острый и пахучий дым, принося это как бы постоянное кадило демону, живущему во плоти, заражает этим дымом воздух жилища своего и воздух внешний, а прежде всего пропитывается этим зловонием сам, – и вот вам постоянное огрубление своего чувства и своего сердца поглощаемым постоянно дымом не может не действовать и на тонкость сердечного чувства, оно сообщает ему плотяность, грубость, чувственность.

О как тщательно диавол и мир засевает своими плевелами ниву Христову, которая есть Церковь Божия. Вместо Слова Божия усердно сеется слово мирское, вместо ладана – табак. Бедные христиане! Совсем отпали от Христа.

Отец Силуан поблагодарил за предложение, отказавшись взять сигарету. Тогда купец начал говорить: “Не потому ли, батюшка, Вы отказываетесь, что считаете это грехом? Но курение помогает часто в деятельной жизни; хорошо прервать напряжение в работе и отдохнуть несколько минут. Удобно при курении вести деловую или дружескую беседу и, вообще, в ходе жизни. “. И дальше, пытаясь убедить отца Силуана взять сигарету, он продолжал говорить в пользу курения.

Тогда все-таки отец Силуан решил сказать: “Господин, прежде чем закурить сигарету, помолитесь, скажите одно “Отче наш”. На это купец ответил: “Молиться, перед тем как курить, как-то не идет”. Отец Силуан в ответ заметил: “Итак, всякое дело, перед которым не идет несмущенная молитва, лучше не делать”.

“Оставил ли А. свою дымную привычку? А если хотя скрытно будет следовать ей, не хорошо будет. Желаю, чтобы он одержал победу над негодною травою и дымом”

“Позволительно ли служителю алтаря христианского приносить к нему смрад по неестественной прихоти употребленной ядовитой травы, и не должен ли готовящийся к сему служению предварительно остеречься, чтобы не оставить в себе привычки, несообразной с достоинством служения?”.

Курение и всякий наркоз затмевают наше чувство чистоты, целомудрия. Первая папироса – первое падение, потеря чистоты. Не ложное пуританство, а непосредственное чувство и глубокое убеждение в этом побуждают меня это тебе сказать. Спроси всякого курящего – несомненно, начало курения было для него в каком-то смысле падением”.

Мы, приближающиеся к новому столетию, ужели стоим уже на наклонной плоскости, чтобы катиться по ней вниз невозвратно? Мы, дети девятнадцатого века, ужели зашли так далеко в пренебрежении к старым добрым и святым обычаям, что и двадцатый век не даст нам или потомкам нашим возврата к этим добрым обычаям? Ужели для ревнителей благочестия потеряна надежда когда-либо видеть передовых людей нашего христианского общества живущими одною жизнью с простым, но добрым и, в большинстве своем, набожным народом, с его храмами, с его постами, с его святой стариной?

В Святоотеческом предании повествуется о подвижнике благочестия, подвизавшимся во времена царя Алексея Михайловича. Схимнику этому было как-то видение нечистого духа, сказавшего, что скоро ему (нечистому) люди будут ртами кадить. Подвижник записал: “что ли люди будут в рот уголья класть?” То же свидетельствуют бесы и сейчас: “У курильщиков не только дым мой, но и огонь” – Из записей иеромонаха Пантелеймона.

Мелкий грех, как табак, до того вошел в привычку человеческого общества, что общество ему предоставляет всяческие удобства. Где только нельзя найти папирос! Везде можно найти пепельницу, повсюду существуют специальные комнаты, вагоны, купе – “для курящих”. Даже не будет преувеличением сказать, что весь мир представляет собою одну огромную комнату, вернее один огромный вагон в межзвездных сферах: “для курящих”. “Курят” – мелко-спокойно грешат все: старые и малые, больные и здоровые, ученые и простые. Преступнику перед казнью позволяют выкурить папиросу. Словно воздуху мало в земной атмосфере, или слишком пресный он, – надо создать себе какой то дымный, ядовитый воздух и дышать, дышать этим ядом, упиваться этим дымом. И вот все упиваются. До того, что “некурящий” – явление почти такое же редкое, как и “никогда не лгущий”, или “ни над кем не возносящийся”. Табачный рынок – один из самых значительных в мировой торговле, и ежегодно миллионы людей трудятся для доставления возможности другим миллионам и миллионам – вдыхать едкий дым, овевать его наркозом свою голову и весь организм.

В природе ли человека мелко, наркотически грешить – “курить”? Странным представляется самый вопрос. В природе ли человека идти против природы? В природе ли наркотировать себя? Услаждение кокаином правительства запрещают, а табаком поощряют. Мелкие грехи человеческим законом дозволяются, в тюрьму они не приводят. Все повинны в них, и никто не хочет бросать в них камнем. Табак, как “маленький кокаин”, дозволен, как маленькая ложь, как незаметная неправда, как убийство человека в сердце или в утробе. Но не то говорит Откровение Божие – воля Живого Бога. Господь не мирится ни с маленькой ложью, ни с единым убийственным словом, ни с одним, прелюбодейным взглядом. Маленькая травка беззакония столь же окаянна перед Господом, сколь большое дерево преступления. Множество малых грехопадений, несомненно, тяжелее для души человека, чем несколько великих, всегда стоящих в памяти, могущих всегда быть снятыми в покаянии. И святой, конечно, не тот, кто делает великие дела, но кто удерживается и от самых малых преступлений.

Против великого греха легче начать борьбу, легче возненавидеть его приближение. Известен случай с праведным Антонием Муромским. К нему пришли две женщины: одна сокрушалась о своем одном великом грехе, другая самодовольно свидетельствовала о своей непричастности ни к каким большим грехам[ 1 ] . Встретив женщин на дороге, старец велел первой пойти и принести ему большой камень, а другой – набрать поболее мелких камешков. Через несколько минут женщины возвратились. Тогда старец сказал им: “Теперь отнесите и положите эти камни точно в те места, откуда вы их взяли”. Женщина с большим камнем легко нашла то место; откуда она взяла камень, другая же тщетно кружилась, ища гнезда своих мелких камешков, и возвратилась к старцу со всеми камнями. Прозорливый Антоний объяснил им, что эти камни выражают. У второй женщины они выражали многочисленные грехи, к которым она привыкла, считала их ни за что и никогда в них не каялась. Она не помнила своих мелких грехов и вспышек страстей, а они выражали безотрадное состояние ее души, неспособной даже к покаянию. А первая женщина, помнившая свой грех, болела этим грехам и сняла его со своей души.

Множество малых, недостойных привычек – тина для души человека, если утверждает их в себе или осознал как “неизбежное” зло, против которого “не стоит” и “нельзя” бороться. Вот тут-то и попадает душа в западню врага Божьего. “Я не святой”, “я в миру живу”, “я должен жить, как все люди”. – успокаивает себя ноющая совесть верующего человека. Человек, человек, конечно, ты не святой, конечно, ты “живешь в миру”, и “должен жить, как все люди”, и потому – рождайся, как все люди; умирай, как они, смотри, слушай, говори, как они, но зачем тебе преступать Закон Бога – “как они”? Зачем тебе нравственно так не благоухать, “как они”? Задумайся над этим, человек.

Как трудно сдвинуться душе с ложной, но привычной мысли. Психология атеистического мира сего так крепко въелась в психический мир современного человека, что в отношении греха и преступления против Божьих Законов почти все люди действуют одинаково – “по штампу”. Самое же печальное, что зло внушило людям “требованиями природы” называть требования греха. Требование природы – дышать, в меру питаться, согреваться, уделять часть суток сну, но никак не наркотировать свой организм, бессмысленно привязываться к миражу, к дыму.

Ведь стоит только честно задуматься над этим вопросом, как зло само всплывает на поверхность совести. Но в том-то и дело, что современному человеку некогда задуматься над единственно важным вопросом касающимся не маленькой этой 60-70 летней жизни, но вечности ее бессмертного существования в новых, великих условиях. Поглощенный совсем неверно понимаемой “практикой”, человек современный, погрузившись в свою практически-земную жизнь, думает, что он в самом деле “практичен”. Горестное заблуждение! В минуту своей неизбежной (всегда очень близкой от него) так называемой смерти он воочию увидит, как мало практичен он был, сведя вопрос практики к потребностям своего желудка и совсем забыв свой дух.

А пока человеку действительно “некогда” задуматься над элементарными нравственными законами своей жизни. И, несчастный человек, сам страдает невыразимо от этого. Как ребенок, непрестанно касающийся огня и плачущий, человечество непрестанно касается огня греха и похоти, и плачет и страдает, но снова и снова касается. не понимая своего состояния духовной детскости, которая в Евангелии называется “слепотою”, и есть действительная слепота сердца при наличии физических глаз.

Человечество само себя убивает чрез грех, и каждый человек так же. Обуреваясь, волнуясь злом, разнуздывая низшие инстинкты, человечество себе готовит страшную судьбу, как и каждый человек, идущий этим путем. Сеющие ветер – пожнут бурю. И вот над этим, над единственно важным – “некогда” задуматься. “Живи мгновеньем”, “что будет, то будет” – отмахивается душа от самой истины, внутри ее говорящей, что надо ей войти в себя, сосредоточиться, осмотреть привязанности своего сердца и подумать о своей вечной участи. Творец мира велел заботиться человеку только о дне; мир велит заботиться только “о мгновении”, погружая человека в море забот о всей жизни!

Тема о нравственно маленьком совсем не мелка. Здесь отражение апокалиптического упрека Божьего христианскому миру, что он “забыл первую любовь свою”. Сколь чище и нравственно выше человека сейчас даже та пошатнувшаяся природа, из которой создано его тело. Как чист камень, готовый вопиять против людей, не воздающих славу Богу, как чисты цветы, деревья в своем чудном кругу жизни, как великолепно покорны Закону Творца звери в чистоте своей. Божья природа не курит, не наркотируется, не развратничает, не вытравляет Богом данного плода. Бессловесная природа учит человека, как нужно нести Крест послушания Богу среди всех бурь и страданий этой жизни. Нужно человеку задуматься над этим.

Некоторые думают, что все происходящее здесь, на земле, не будет иметь никаких последствий. Человеку с нечистой совестью, конечно, так приятнее думать. Но зачем обманывать себя? Рано или поздно придется увидеть ослепительную тайну чистоты мироздания.

Мы себя ощущаем как “жизнь”. Неужели же мы себя так мелко расцениваем и так неглубоко понимаем Того, Кто сотворил миры, чтобы думать об этой земной жизненной суете как о бытии человека? Мы гораздо более и выше того, что мы привыкли здесь, наг земле, считать не только своею жизнью, но даже своими идеалами. Но мы: зерно, положенное в землю. И потому нам сейчас не видна поверхность вселенной, та истинная картина природы, которая откроется Нашим глазам в минуту так называемой смерти, т.е. для всех весьма скоро.

Что такое смерть? Смерть – это совсем не гроб, не балдахин, не черная повязка на руке, не могила глине. Смерть – это, когда росток жизни нашей вылезет на поверхность земли и станет под прямые лучи Божьего солнца. Умереть и прорасти зерно жизни должно еще здесь, в земле. Это так называемое в Евангелии “рождение духом”, “второе рождение” человека. Смерть же тела есть оставление ростком земли, выход из земли. Всякого человека, получившего хотя бы самую маленькую духовную закваску хотя бы самую незначительную евангельскую жемчужину “внутрь себя”, ожидает совсем не смерть, и даже – далеко не смерть. Для мертвых же духом, конечно, гробы, могилы, черные повязки – это все реальности. И их духу нельзя будет выйти на поверхность истинной жизни, ибо они на земле для себя, для грехов своих не умерли.

Как яйцо, мы закрыты от иного мира тонкой скор- лупой тела. И скорлупки наши бьются одна за другой. Блажен человек, который окажется живым, сформированным для будущей жизни организмом. Достойно плача состояние того, кто окажется бесформенной жидкостью. и еще даже может быть отвратительной по своему нравственному запаху!

Здесь, на земле, мы истинно в темноте духа, в “утробе” его. И неужели не преступно, находясь в таком состоянии, не готовиться к своему настоящему рождению, но считать свой мрак – либо идеальным предельно-радостным местом жизни (как считает оптимистический атеизм), либо непонятным местом бессмысленных страданий (как считает атеизм пессимистический)?

Физическим глазам смысл, конечно, не виден, но в него очень легко, более чем легко поверить, подумав над собой и над Евангелием. Об этом смысле кричит, вся природа; о нем начинает кричать всякая пробудившаяся душа человека.

Как бережно всем нам, “не-проросшим” людям, надо относиться Друг к другу. Как нужно оберегать друг во друге это прорастание, этот выход на вольный воздух, под Божье солнце!

Человек страшно за все ответствен, и трудно теоретически вообразить себе несчастье того человека, который, атеистически прожив на земле “так, как будто ничего нет”, вдруг очутится лицом к лицу реальностью, не только более яркой, чем эта наша земля, но даже превосходящей все наши понятия о реальности. Не об этих ли душах страдал Господь в Гефсиманском саду? Во всяком случае, и за них он принял страдание Креста.

Речь о необходимости отвержения даже самого мелкого греха приводит нас к самому важному вопросу человеческой жизни: вопросу о жизни после смерти.

Откровение Церкви утверждает, что не освободившаяся от той или иной страсти душа перенесет эту свою страсть в потусторонний мир, где ввиду отсутствия тела (до воскресения) невозможно будет эту страсть удовлетворить, отчего душа будет пребывать в непрестанном томлении самосгорания, непрестанной жажде греха и похоти без возможности ее удовлетворить.

Гастроном, только и думавший в своей земной жизни, что о еде, несомненно, будет мучиться после своей смерти, лишившись плотской пищи, но не лишившись духовной жажды к ней стремиться. Пьяница будет невероятно терзаться, не имея тела, которое можно удовлетворить, залив алкоголем, и тем немного успокоить на время мучающуюся душу. Блудник будет испытывать то же чувство. Деньголюбец тоже. Курильщик – тоже.

Легко сделать опыт. Пусть курильщик не покурит двое-трое суток. Что он будет испытывать? Известное мучение, смягчаемое еще всеми отношениями и развлечениями жизни. Но отнимите жизнь с ее развлечениями. Страдание обострится. Страдает не тело, но душа, живущая в теле, привыкшая через тело удовлетворять свою похоть, свою страсть. Лишенная удовлетворения, душа страдает. Так страдает, конечно, и душа богатого грешника, вдруг лишившаяся богатства, покоелюбца, лишившаяся покоя, душа самолюбца, получившая удар по самолюбию. Сколько самоубийств было на этой почве! Все это опыт, голый опыт нашей земной жизни. Уже здесь, на земле, мы можем проделывать опыты над своей душой. Следует каждому человеку быть дальновидным. Нужно оберегать свой дом от подкопа (Мф. 24, 43).

Чувствуя это, неужели можно спокойно предаваться страстям или даже делить их на серьезные и “невинные”? Ведь огонь все равно огонь – как доменной печи, так и горящей спички. И тот и другой мучителен для человека, касающегося его, и может быть смертелен. Нужно понять эту несомненную истину, что всякая страсть, всякая злоба, всякая похоть есть огонь.

Божий Закон заключил инстинкты тела человеческого в рамки, а волевой и раздражительной энергиям души дает истинное направление, чтобы удобно и легко шел человек к одухотворению. Как назвать того человека, который, понимая все это, спокойно и легкомысленно относится к своим страстям, извиняет их, усыпляя все признаки спасительной чуткости в своей душе.

Надо, прежде всего, перестать оправдывать свою похоть – даже самую малейшую, надо осудить ее пред Богом и самим собой. Надо взмолиться об избавлении, о спасении. Спаситель Господь называется спасителем не отвлеченно, но реально. Спаситель спасает от всех слабостей и страстей. Он избавляет. Он исцеляет. Совершенно видимо, ощутительно. Исцеляя, прощает. Прощение есть исцеление того, что надо простить. Дается оно только алчущим и жаждущим этой правды. Просто хотящим, тлеющим в желании- своем, не дается исцеления. Горящим же, пламенеющим, умоляющим, стремящимся сердцем – дается. Ибо только такие способны оценить дар Божьего исцеления, не растоптать и возблагодарить за него, чутко охранить Именем Спасителя от новых искушений зла.

Конечно, курение – очень небольшая похоть, как и спичка – небольшой огонь. Но и эта похоть – духопротивна, и невозможно себе даже представить кого-либо из ближайших Господних учеников – курящими папиросы.

“Уничтожай малую похоть”, – говорят святые. Нет такого желудя, который не заключал бы в себе дуба. Так и в грехах. Малое растеньице легко выпалывается. Большое требует специальных орудий для своего искоренения.

Духовный смысл курения и всех мелких “оправдываемых” противозаконий духа есть распущенность. Не только тела, но и души. Это есть ложное успокаивание себя (своих “нервов”, как говорят иногда не вполне сознавая, что нервы – плотское зеркало души). “Успокаивание” это ведет ко все большему удалению от истинного покоя, от истинного утешения Духа. Это успокоение – мираж. Сейчас – пока есть тело – его надо возобновлять постоянно. После – это наркотическое успокоение будет источником мучительной плененности души.

Надо понять, что “срывающий”, например, свою злобу – тоже “успокаивается”. Но, конечно, лишь – до нового припадка злобы. Успокаивать себя удовлетворением страсти нельзя. Успокоить себя можно, лишь противостав страсти, удержавшись от нее. Успокоить себя можно, лишь понеся Крест борьбы против всякой страсти, даже самой мельчайшей, Крест ее неприятия в свое сердце. Это путь истинного, твердого, верного и – главное – вечного счастья. Поднявшийся над туманом видит солнце и вечно голубое небо. Поднявшийся над страстями входит в сферу мира Христова, неописуемого блаженства, начинающегося уже здесь, на земле, и доступного каждому человеку.

Миражное счастье – папироса. Такое же, как на кого-нибудь рассердиться, пред кем-нибудь погордиться, покрасить для людей свои щеки или свои губы, украсть маленький кусочек сладости – маленькую копеечку с церковного блюда Божьей природы. Не нужно искать таких счастий. Их прямое, логическое продолжение: кокаин, удар по лицу человека или выстрел в него, подделка ценности. Блажен человек кто, найдя такое счастье, оттолкнет его с праведным и святым гневом. Это царствующее в мире демоническое счастье есть блудница, вторгнувшаяся в брак души человеческой со Христом, Богом Истины и чистой блаженной радости.

Всякое утешение вне Духа Святого Утешителя есть тот безумный соблазн, на котором строят свои мечты устроители человеческого рая. Утешитель

один только Творческий Дух Истины Христовой.

Молиться духом, куря папиросу, невозможно. Невозможно проповедовать, куря папиросу.Перед входом в храм Божий откидывается папироса. но храм Божий – ведь это мы.

Кто хочет каждую минуту быть храмом Божьим – откинет папиросу, как всякую ложную мысль, всякое нечистое чувство. Отношение к маленькому душевному движению в себе – термометр горячности веры человека и его любви к Богу.

Можно себе представить такой жизненный пример: табак, как растение, не имеет в себе никакого зла (как и золотой песок, как и хлопок, из которого выделывается денежная ассигнация). Абрикос – Божье растение. Алкоголь бывает очень полезен организму человека в известные минуты и в известных дозах, ничуть не противореча духу, как умеренный чай или кофе. Дерево, материя, из которых делается мебель, все – Божье. Но теперь возьмем эти слагаемые в следующем сочетании: в мягком кресле развалился человек и курит гаванскую сигару, ежеминутно прихлебывая из стоящей около него рюмки абрикотина. Может ли этот человек в таком состоянии вести беседу о Живом боге – творить молитву Живому Богу? Физически – да, духовно – нет. Почему? Да потому, что человек этот сейчас распущен, его душа утонула и в кресле, и в гаванской сигаре, и в рюмке абрикотина. В эту минуту у него почти нет души. Он, как блудный сын Евангелия, скитается “в далеких краях”. Так может человек потерять свою душу. Теряет ее человек все время. И хорошо, если и все время опять находит ее, борется, чтобы не терять, дрожит над душою своею, как над любимым младенцем своим. Душа – младенец бессмертия, беззащитный и жалкий в условиях окружающего нас мира. Как нужно прижимать к груди своей, к сердцу своему – свою душу, как нужно любить ее, предназначенную для вечной жизни. О, как нужно счищать даже малейшее пятнышко с нее!

Сейчас был представлен пример невозможности сохранить свою душу, сластолюбиво распределив ее по окружающим предметам: кресла, сигары, ликера. Пример взят особенно красочный, хотя бывают в жизни и еще более красочные. Но если взять не красочный, а серый, но того же распущенного духа, – все останется той же самой атмосферой, при которой меньшим грехом будет молчать о Христе, чем говорить о Нем. Вот где разгадка того, почему мир молчит о Христе, почему ни на улицах, ни в салонах, ни на дружеских беседах люди не говорят о Спасителе Вселенной, о Едином Отце мира, несмотря на множество людей, верующих в Него.

Не всегда перед людьми стыдно говорить о Боге; иногда перед Богом стыдно бывает говорить о Нем людям. Мир инстинктивно понимает, что в той обстановке, в которой он находится все время – меньше греха молчать о Христе, чем говоришь о нем. И вот люди молчат о Боге. Страшный симптом. Наводняется мир легионами слов, одержим язык человека этими пустыми легионами, и – ни слова, почти ни слова о Боге, о Начале, Конце и Средоточии всего.

Ибо сказать о Боге – это сейчас же обличить себя и весь мир. И если слово о Боге все же сказано, его трудно договорить до конца – и перед собой и пред миром.

Если у человека нет отвращения к своим маленьким грехам – он духовно нездоров. Если есть отвращение, но “нет сил” преодолеть слабость, значит, она оставляется до того времени, пока человек не проявит свою веру в борьбе с чем-нибудь более для него опасным, чем данная слабость, а она оставляется ему для смирения. Ибо немало людей, на вид беспорочных, не пьющих и не курящих, но подобных, по слову Лествичника, “гнилому яблоку”, то есть исполненных явной или тайной гордыни. И нет возможности смирить их гордыню, как только каким-либо падением. Но останется вне Царствия Божия и его законов тот, кто сам, по тем или иным соображениям, “разрешит” себе мелкие грехи. Такой человек, “усыпляющий” свою совесть, делается не способен преступить грань подлинной жизни духа. Он остается всегда подобен юноше, подходящему ко Христу и сейчас же отходящему от него с печалью, или даже иногда без печали, а просто чтобы. “покурить”!

Ригоризм и пуританство чужды евангельскому духу. Фарисейская праведность без любви – более темна в очах Божиих, чем всякий грех. Но и теплохладность христиан в исполнении заповедей – так же темна. Как фарисействующие, так и торгующие и курящие в храме Божьем – одинаково изгоняются из храма.

Ибо воля Божия есть “освящение наше” (1. Фее. 4, 3). Чуткая совесть сама изострит зрение для обнаруживания той чуждой пыли, которая лежит на ранах души.

Сын Божий и Сын Человеческий дал нам одну заповедь для жажды: “Будьте совершенны, как Отец ваш Небесный совершен есть”. В ней Господь как бы говорит: Люди, Я не даю вам меры – определите ее сами. Определите сами меру вашей любви к чистоте Моей и вашего послушания этой любви.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:

Оценка 4.7 проголосовавших: 17
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here