Павел ксиропотамский молитва

Самое подробное описание: павел ксиропотамский молитва - для наших читателей и подписчиков.

Преподобный Павел Ксиропотамский

Преподобный Павел Ксиропотамский (Х век), в миру Прокопий, был сыном Константинопольского императора Михаила Куропалата, который впоследствии сложил с себя царское достоинство и принял иночество в построенном им монастыре. Получив блестящее образование, Прокопий стал одним из ученейших людей своего времени. Его Слово на Введение во храм Пресвятой Богородицы, канон Сорока мученикам, канон Честному Кресту и другие труды снискали ему заслуженную славу. Но ученость и почетное положение в свете не увлекли Прокопия. Оставив все мирское, сменив богатые одежды на нищенское рубище, он ушел на Святую Гору, на место Ксиропотам, построил себе келлию в развалинах разоренной обители, основанной некогда царицей Пульхерией в честь 40 мучеников, и принял от пустынника Космы постриг с именем Павел.

Из смиренномудрия преподобный никому не открывал своей учености. Слава о строгой жизни Павла быстро разнеслась по всей Святой Горе. Его стали называть Павлом Ксиропотамским, а обитель, где он подвизался, и доныне носит название Ксиропотам (Сухой поток).

Вступивший в то время на престол император Роман, родственник святого Павла, через Прота Святой Горы упросил святого прибыть в Константинополь и устроил ему пышную встречу. Смиренный Павел, не изменяя своему иноческому долгу, с крестом, в разодранной рясе явился среди придворного блеска и великолепия. Свою славу избранника Божия святой Павел подтвердил, чудесно исцелив тяжело заболевшего императора Романа, возложив на него свои руки. Но суета придворной жизни, обещанная признательным императором, не прельстила святого, и он вернулся на Святую Гору, испросив у царя лишь одну милость – восстановить Ксиропотамскую обитель.

По возобновлении монастыря и освящения соборного храма на святом престоле была возложена часть Честного Древа Животворящего Креста Господня, переданная святому Павлу императором Романом.

Вскоре Ксиропотамская обитель наполнилась множеством иноков, желавших вверить себя руководству святого подвижника, но преподобный Павел, поручив управление монастырем одному из братии, удалился в отдаленную пустыню. Его строгое безмолвие было вновь нарушено учениками, не желавшими покидать своего старца. Тогда Преподобный испросил у императора средств для постройки новой обители. Так был основан святым Павлом монастырь во имя святого великомученика и победоносца Георгия. Первым настоятелем нового монастыря стал сам преподобный Павел, который и туда принес частицы Честного Древа Креста Господня.

Заранее извещенный Господом о своей кончине, святой созвал к себе братию Ксиропотамской и новой Георгиевской обителей и дал им последнее наставление. В день кончины преподобный Павел надел мантию, прочитал молитву святого Иоанникия, которую произносил постоянно: "Упование мое – Отец, прибежище мое – Сын, покров мой – Дух Святый, Троица Святая, слава Тебе", и приобщился Святых Христовых Таин. Похоронить свое тело святой Павел завещал на полуострове Понгосе (напротив Святой Горы).

Но по воле Божией корабль прибило к берегам Константинополя, где император и Патриарх с благоговением приняли тело святого и торжественно положили в Великой церкви. После разгрома Константинополя крестоносцами мощи святого Павла были перенесены в Венецию.

28 июля. Житие преподобного и богоносного отца нашего Павла Ксиропотамского

Преподобный отец наш Павел родился в Константинополе. Отец его, император Михаил Куропалат, прозванный Ранкавей [210] , человек миролюбивый и богобоязненный, не перенося ежедневных происходивших при нем замешательств и безпорядков, сложил с себя царское достоинство и поступил в монастырь, выстроенный им самим и названный Мирелеон, где и скончался в иночестве. Мать Павла, Прокопия, жизни также весьма благочестивой, была дочь царя Никифора Геника и сестра царя Ставракия. Нося во чреве своем плод брачного союза, она однажды ночью увидела сон – будто разрешилась от бремени на хлебной ниве и родила агнца и будто на этого агнца, когда он оправился, вдруг бросились два льва и хотели растерзать его, но он стал в оборонительное положение. При виде опасности непорочного агнца царица кинулась защитить его от нападения львов; приближается к нему и видит, что это не агнец, а дитя мужеского пола, державшее в руках своих крест, силою которого и низложены были львы. Вслед за тем Прокопия проснулась и родила Прокопия, так нареченного во святом крещении. Впоследствии она толковала свой сон следующим образом: агнец означал кротость и незлобие отрока; умерщвление двух львов силою креста было предзнаменованием иночества, в образе которого Прокопий возьмет на рамо свое крест Христов, орудие против страстей, и победит им двух страшных, неприязненных иноческой жизни львов, – именно: мир, со всею славою его и удовольствиями, и диавола, со всею его силою и полчищами; груда хлеба означала, что учением и примером ангельской своей жизни Прокопий напитает души, алчущие Божественного утешения, и, очистив многих от плевелов плотских страстей, соделает их достойными небезной житницы.

Рождение Прокопия торжествовал весь Константинополь и радовался о нем. Между тем, едва только дитя было отнято от груди, отец его, Михаил Куропалат, как мы сказали, отказался от царственного венца. Праздный престол греческой империи вместо него был занят Львом Армянином. Хотя Лев и принял бразы правления с совершенным полномочием самодержавия, однако зная, что Прокопий имеет полное право царственного наследия и впоследствии может воспользоваться им, решился оскопить этого опасного совместника державной своей славы и величия. Впрочем, и при таком варварском поступке со стороны императора Прокопию дано было блестящее воспитание и образование. При необыкновенных природных дарованиях, соединенных с прилежанием и трудами, он достиг такой степени образования, что все мудрецы того века уступали ему право на славу и удивление современного света. Памятниками высокого его образования остались для нас Слово на введение Пресвятой Богородицы, Канон сорока мученикам и Канон (писанный ямбическими стихами) Честному Кресту. Император Роман Старший в царской своей грамоте (хрисовуле), данной впоследствии Павлу на устроение обители на святой Горе Афонской, называет его величайшим из философов.

Между тем, Господь восхотел восстановить из развалин ту обитель, где подвизался смиренный Его раб, и предоставить самому ему славу и честь ее возобновления следующим образом. Император Роман по чувству родственной любви к Павлу, как скоро вступил на престол, тотчас сделал повсеместное о нем разыскание. Посланные для этой цели нашли преподобного на Святой Горе и едва упросили его, и то чрез прота, идти в Константинополь для свидания с державным сродником и со всеми близкими его сердцу в родственных отношениях. Встреча преподобного в Константинополе была достойна подвижнической его славы и царственного происхождения: весь город принял его как ангела – торжественно и с необычайной радостью. Несмотря на то, что смиренный Павел, не изменяя долгу иноческому, явился среди придворного блеска и великолепия как нищий – в разодранной ряске и с крестом, вельможи с почтительным видом и раболепным уважением припадали к нему и желали принять его благословение. Так изумительна сила добродетели, несмотря на внешнее ее смирение и простоту! Между тем как царствующий град ликовал таким образом и радовался о святом Павле, сам император Роман находился в тяжкой болезни; Павел, видя это и тронувшись страдальческим его положением, только что возложил на него свои руки – и больной выздоровел. Это чудо еще более прославило преподобного. Признательный царь в продолжение пребывания его в Константинополе оказывал ему постоянное благоволение и родственную приязнь, давая ему полную свободу вести себя при дворе согласно аскетическим правилам и обетам отшельнической жизни. А чтоб всегда пользоваться сладкими его беседами, император поручил ему воспитание и образование в правилах христианской нравственности собственных своих детей. Таким образом, время текло. Роман был во всех отношениях доволен Павлом. Но Павел, со своей стороны, начинал грустить по оставленной им пустыне, тем более что всюду видел мятеж и смуты и не находил ни удовольствия, ни утешений во всех видах царственного великолепия и придворных торжеств. Наконец, не в силах будучи выносить томительное свое положение, он решился просить у императора увольнения на святую Гору Афонскую. Кратко, но трогательно выразил пред ним Павел душевные свои чувства: «Государь! – говорил он, – как рыба без воды, так и инок без условий келейной жизни и пустынного безмолвия жить не может: он мертв для Бога и безжизнен для того, чтоб в точности исполнять свой долг и обязательства в отношении к Богу. Мир не иноческая стихия! Поэтому позволь мне удалиться в мою пустыню, где беседа с Богом составляет верховное благо моей души». Грустно было императору расстаться с божественным Павлом, к которому питал он самое глубокое уважение и родственную любовь, но Роман не решился удерживать его при себе против собственной его воли и желания. Он сказал только:

– Не хотелось бы мне, святой отец, разлучаться с тобою, доколе я жив, потому что ты много доставил мне утешения и был руководителем в путях спасения, но насильно удерживать тебя не смею. Прошу только об одном: возьми сколько угодно моих сокровищ и расточи их по бедным, в поминовение души моей.

– Государь! – отвечал на это Павел, – не нуждаюсь я в твоих сокровищах и не могу раздавать их: есть множество нищих и здесь – призирай их сам. Впрочем, если желаешь оставить вечную по себе память, благословение и молитвенную помощь душе твоей за гробом, – возобнови на Святой Горе монастырь, основанный царицею Пульхерией и ныне пиратами превращенный в развалины.

Предложение преподобного было принято с удовольствием и радостью. Император из собственных сокровищ отпустил суммы на возобновление монастыря, поручил это дело своим поверенным, и Ксиропотам с тех пор – в достойной царственного ктиторства красоте и великолепии. Не довольствуясь этим, Роман для освящения храма в новой обители назначил сына своего Феофила, занимавшего тогда кафедру Константинопольской церкви. И этого мало: в изъявление особенного своего благоволения и внимательности к святому Павлу царь при отбытии его из Коснтантинополя ввел его в свою сокровищницу и предложил ему в напутствие безценный и Божественный дар – значительного размера часть животворящего древа Креста Господня. Сам император в своей грамоте, данной на имя святого Павла, говорит об этом так: «С некоторыми из вельмож моих, войдя в царскую мою сокровищницу, я между частицами древа животворящего Креста нашел более других значительную, достойную удивления, – особенно тем, что на ней и доныне виден незабвенный памятник Владычней страсти – отверстие, где была пригвождена Божественная плоть Господа моего, в очищение грехов наших, и где струилась пресвятая Его кровь. Длина и поперечник этой частицы в локоть с лишком, а ширина – в меру двух сложенных перстов, толщины же – в один перст; весу в ней сто драхм. Это святое сокровище, это страшное знамение Небесного Царя, долженствующее явиться на небе пред пришествием Сына человеческого на суд живых и мертвых, это Божественное орудие спасения нашего я с любовью пожертвовал преподобнейшему Павлу Ксиропотамскому, в неотъемлемую собственность обители, на мое царское иждивение возобновляющейся, – пожертвовал до того времени, когда приидет Господь. Требую, чтобы этот дар отпущен был с церковными и военными почестями, а положат его пусть во святом алтаре, в освящение и утверждение царской нашей обители».

Получив Честное Древо, блаженный Павел благополучно прибыл на Святую Гору и по возобновлении обители и освящении соборного храма Честное Древо, согласно царскому повелению, положил в алтарь, на святом престоле. А так как слава святого пронеслась всюду, предпочтительно же по Святой Горе, то скоро собралось к нему множество монахов, чтобы под мудрым и опытным руководством его проходить крестный путь жизни, достойно иноческого их назначения. Избегая, однако ж, молвы и многолюдства, преподобный Павел уклонился от всех и, поручив правление обителью одному из благочестивых братий, удалился в подгорие Афона, где и посвятил себя совершенному безмолвию и строгому уединению. Но искренно преданные Павлу, питая чувство детской привязанности к нему и нуждаясь в личном его руководстве на жизненной стезе, и там нашли его, и поселились с ним вместе. Поэтому и здесь пустыня святого Павла в короткое время приняла вид иноческой обители, ибо число собравшихся к нему учеников простиралось до 60 человек. Такое общество по необходимости требовало положительных правил и условий пустынной жизни, а с тем вместе и внешнее положение их, открытое с моря, было небезопасно – тем более, что в то время нередко случались нападения, хищничество и разбой от сарацин. В крайности подобного рода преподобный Павел снова обратился к константинопольскому двору с испрошением милостынного пособия на основание новой обители, в чем ему и не было отказано. Эта обитель была посвящена святому великомученику и Победоносцу Георгию и, по имени своего основателя, доныне носит название Святопавловской. Первым ее настоятелем был сам преподобный Павел – впрочем ненадолго, потому что вскоре по основании ее наступил день и час блаженной его кончины, которая заблаговременно была открыта ему от Бога. За два дня до кончины созвал он братство ксиропотамской и новой своей обители и, когда братия окружили болезненный одр его, преподобный Павел отверз старческие свои уста и прощальным голосом произнес:

– Дети! Еще два дня – и меня не будет между вами. Вы знаете и видели, как я жил в этом святом месте, как от юности моей хранил заповеди отцов моих: умоляю и вас твердо хранить их, возлюбленные! В юности моей, когда усиливалась ересь иконоборства, я так ратовал против нее, защищая православие, что из любви ко Христу готов был пролить кровь мою до последней капли. Обличение и уничтожение этой богоненавистной ереси на основании преданий и свидетельств святых отцов, которые я излагал и письменно, и устно, стоили мне многих палочных побоев. Говорю об этом не по тщеславию, а для того, чтоб и вы переносили великодушно всякое искушение и скорбь в чаянии за то райских венцов от Бога.

Горький плач и слезы братства заглушали предсмертные слова божественного Павла.

– Отче, – говорили ему братия, – не оставляй нас в сиротстве и не лишай духовных твои наставлений; видя дивные твои подвиги, мы полагали, что ты никогда не должен умереть, а между тем, ты отходишь от нас – утешение наше, отец наш и наставник!

Тронутый слезами и плачем братии, заплакал и сам умирающий и сквозь слезы продолжал:

– Перестаньте, братия, плакать! Не смущайте своим плачем моего сердца. Что делать! Настало время, которого постоянно желала душа моя и страшилась плоть моя.

При этих словах он встал, надел на себя мантию и, довольно помолившись, приобщился пречистых Таин. Вдруг на лице его заиграл Божественный свет, так что окружавшая его братия, будучи поражена такою славою лица его, преклонилась ниц. Вслед за тем он сел и, проговорив всегдашнюю свою молитву: «Упование мое Отец, прибежище мое Сын, покров мой Дух Святый – Троице Святая, слава Тебе!», – обратился к братии и сказал:

– Более всего, чада мои и братия, любите друг друга, молитесь, смиряйтесь и имейте Божественное послушание: монах, чуждый этих сердечных качеств и свойств ангельского образа, недостоин называться монахом – он не лучше мирянина.

– Горе монаху, если он увлекается общением и дружеством с отроками! Трудно такому уберечься от сетей демонских и знаменаться светом лица Божия.

На вопрос же одного брата:

– Как приобрести слезы умиления? – святой сказал:

– Имей всегда в уме твоем Страшный Суд и грехи твои – тогда нехотя потекут у тебя слезы.

Наконец преподобный склонился на смертный одр и, скрестив на груди руки, возвел молитвенные очи на небо, вздохнул – и душа его тихо и мирно отошла к Богу. Это было 28 июля.

Согласно воле и завещанию преподобного, братия не похоронили смертных его останков на Святой Горе, а думали отдать ему последний долг на полуострове Лонгос (противолежащем Святой Горе). Но Бог устроил иначе. Отправившись на корабле со Святой Горы вечером и проехав ночью возле полуострова Лонгос, поутру, сверх всякого чаяния, очутились они ввиду Константинополя. Весть о прибытии афонских монахов со смертными останками преподобного Павла быстро разнеслась по Константинополю и наконец проникла в чертоги царские. По поводу этого исключительного события император и двор его торжественно вышли навстречу преподобному Павлу, в сопутствии патриарха и всего клира. Стечение народа было чрезвычайное. При блеске безчисленных свечей, с кадильным фимиамом, мощи были положены в великой церкви [211] , во славу Бога, дивного во святых Своих. Да воздастся Ему и от нас честь, слава и благодарение во веки. Аминь.

[210] Царствовал в 811–812 гг.

[211] Некоторые говорят, что святые мощи его были погребены в обители Перивлептос, что ныне армянский Сулу – монастырь (см. «Письма с Востока», ч. 1, стр. 300).

ПАВЕЛ КСИРОПОТАМСКИЙ

Получив блестящее образование, Прокопий стал одним из ученейших людей своего времени. Его Слово на Введение во храм Пресвятой Богородицы, канон Сорока мученикам, канон Честному Кресту и другие труды снискали ему заслуженную славу. Но ученость и почетное положение в свете не увлекли Прокопия.

Оскопленный имп. Львом Армянином, который видел в нем будущего соперника в правах на престол, Прокопий в одежде нищего отправился на Афонскую гору, на место Ксиропотам, построил себе келлию в развалинах разоренной обители, основанной некогда царицей Пульхерией в честь 40 мучеников, и принял от пустынника Космы постриг с именем Павел.

Из смиренномудрия преподобный никому не открывал своей учености. Слава о строгой жизни Павла быстро разнеслась по всей Святой Горе. Его стали называть Павлом Ксиропотамским, а обитель, где он подвизался, и доныне носит название Ксиропотам (Сухой поток).

Вступивший в то время на престол император Роман, родственник святого Павла, через Прота Святой Горы упросил святого прибыть в Константинополь и устроил ему пышную встречу. Смиренный Павел, не изменяя своему иноческому долгу, с крестом, в разодранной рясе явился среди придворного блеска и великолепия. Свою славу избранника Божия святой Павел подтвердил, чудесно исцелив тяжело заболевшего императора Романа, возложив на него свои руки. Но суета придворной жизни, обещанная признательным императором, не прельстила святого, и он вернулся на Святую Гору, испросив у царя лишь одну милость – восстановить Ксиропотамскую обитель. Император Роман поручил Павлу воспитание своих детей.

По возобновлении монастыря и освящения соборного храма на святом престоле была возложена часть Честного Древа Животворящего Креста Господня, переданная святому Павлу императором Романом.

Вскоре Ксиропотамская обитель наполнилась множеством иноков, желавших вверить себя руководству святого подвижника, но преподобный Павел, поручив управление монастырем одному из братии, удалился в отдаленную пустыню. Его строгое безмолвие было вновь нарушено учениками, не желавшими покидать своего старца. Тогда Преподобный испросил у императора средств для постройки новой обители. Так был основан святым Павлом монастырь во имя святого великомученика и победоносца Георгия. Первым настоятелем нового монастыря стал сам преподобный Павел, который и туда принес частицы Честного Древа Креста Господня.

Заранее извещенный Господом о своей кончине, святой созвал к себе братию Ксиропотамской и новой Георгиевской обителей и дал им последнее наставление. Преп. Павел скончался в 820. В день кончины преподобный Павел надел мантию, прочитал молитву святого Иоанникия, которую произносил постоянно: “Упование мое – Отец, прибежище мое – Сын, покров мой – Дух Святый, Троица Святая, слава Тебе”, и приобщился Святых Христовых Таин. Похоронить свое тело святой Павел завещал на полуострове Понгосе (напротив Святой Горы).

Но по воле Божией корабль прибило к берегам Константинополя, где император и Патриарх с благоговением приняли тело святого и торжественно положили в Великой церкви. После разгрома Константинополя крестоносцами мощи святого Павла были перенесены в Венецию.

Сохранились: Слово на Введение во храм Пресвятой Богородицы», канон сорока мученикам и канон (писанный ямбическими стихами) честному Кресту.

Оценка 4.7 проголосовавших: 17
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here