Молитва цесаревича алексея

Самое подробное описание: молитва цесаревича алексея - для наших читателей и подписчиков.

Молитва цесаревича алексея

Избранный воеводо ополчения, како возможем воззрети на тя, о чистоты источниче, страстьми и злобами нашими погребенны суще, но яко имущий венцы терпения, сострадания и кротости, подаждь нам крепость твою, да поем ти:

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

Ангелом предстателем за землю твою послан был еси ты Серафимом Божиим народу твоему. Оный же столпник саровский провидя житие твое, ужасашеся, царевичу зовый таковая:

Радуйся, имже правда Божия возсияет;

радуйся, имже льствивая прелесть исчезнет.

Радуйся, безнадежно падших воззвание;

радуйся, студных скверн избавление.

Радуйся, высото девства и кротости;

радуйся, глубино умнаго сердца.

Радуйся, на руку носимое Троицы обиталище;

радуйся, Россию имущий в руце твоей.

Радуйся, звездо, являющая Солнце Втораго Пришествия;

радуйся, сосуде домостроения Божия.

Радуйся, имже обновляется Святая Русь;

радуйся, имже живи становимся.

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

Видяще Новый Израиль себе в блудной нечистоте, глаголет Создателю своему в мрачнем отчаянии: согрешихом на Небо и пред Тобою, и несмы достойни нарещися сыны Твои, обаче зря агнца русскаго, вземлющаго грехи народа, абие вопиет: Аллилуиа.

Разум недоразумеваемый разумети младенец ищай, горце вопияше: почто не можно есть быти ми, якоже и прочим чадом? Кто убо ответит ему? Мы же книгу Исаии разгнувше, слышим пророческое:

Радуйся, яко ты еси пред Богом яко корень в земли жаждущей;

радуйся, яко не имаше вида, ни доброты.

Радуйся, яко в болезни умален паче всех сынов человеческих;

радуйся, яко ты человек в язве сый и ведый терпети болезнь.

Радуйся, яко носиши наша грехи и о нас болезнуеши;

радуйся, яко нами вменен быти в труде и язве от Бога и во озлоблении.

Радуйся, яко язвен бысть за грехи наша;

радуйся, яко язвою твоею мы изцелехом.

Радуйся, иже яко овча на заколение ведеся;

радуйся, иже яко агнец пред стригущим его безгласен.

Радуйся, яко во смирении твоем суд твой взятся;

радуйся, яко вземлется от земли живот твой.

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

Сила Вышняго осени тогда к самоотречению супруг Богодохновенных царственных: егда видяще сына своего стесняема от пестунов страха ради смертнаго, паче убояхуся душевредия, неже страдания телеснаго, дерзновенно поюще: Аллилуиа.

Имея Богоприятное сердце царевич, страданием многолетним удобренное, востече к венцу мученическому. Отрок же Авраамль, ему же имя Исаак, на лоне отца веселяся о царевичи, играньми, яко песньми вопияше сему:

Радуйся, яко тобою искушаше Бог отца твоего;

радуйся, сыне единородный и паче всех возлюбленный.

Радуйся, яко ты еси всесожжение за грехи народа твоего;

радуйся, яко на руку отца несенный на заколение.

Радуйся, наказание телесное народа твоего отменяяй;

радуйся, наказание телесное на себе понесый.

Радуйся, возлюблен быв Отцем, Иже на Небесех;

радуйся, яко егоже любит Отец, наказует.

Радуйся, четыренадесять лет влекущий дрова, еже во всесожжение;

радуйся, яко хврастие сие грехи народа русскаго суть.

Радуйся, благоволение Божие Новому Сиону;

радуйся, стено плача русскаго.

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

Бурю внутрь имея помышлений сумнительных о предании царства сыну: достоит ли златницу сию дати князю мiра сего: Дамы или не дамы? – осклабясь вопрошаху иродиане новые: Дадите кесарю кесарево – рече государь: Сей же Божий есть человек, принесется Богови, Ему же поем: Аллилуиа.

Слышавше пастыря православнаго, иже прежде бяше чужестранный учитель твой, непреложность бытия Божия чрез житие твое осязавша, по венце же твоем ангельский образ приявшаго, восхвалим Христа Бога нашего, и камение превращающа пети о царевичи:

Радуйся, агнце и пастыре;

радуйся, кремль молящихся ти.

Радуйся, блудных бесов мучение;

радуйся, дверей Царствия отверзение.

Радуйся, земная наша в Небесная превращаяй;

радуйся, очи наши Небу отверзаяй.

Радуйся, младенцев безсловесных немолчная уста;

радуйся, отроков о чистоте непреклонная дерзосте.

Радуйся, камене, Голиафа мысленнаго поражаяй;

радуйся, адаманте диадимы Христовой.

Радуйся, имже рассыпаются страхования отцев;

радуйся, тишина и покой для матерей.

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

Боготечною звездою явилося есть житие твое, дние его быша мали и зли: пождан был еси десять лет, пожил же еси вмале более, обаче озарил еси светом утешительным подвиг родителей твоих, иже именоваша тя, якоже матерь прежде, лучем солнечным, Бога благодаряще: Аллилуиа.

Видеша чужестраннии и инославнии на руку пестуна будущаго владыку державы русския, прошибахуся сердца их зрети славу Божию, в немощи совершающуюся, яко и пети сим:

Радуйся, егоже душа в руце Божией;

радуйся, егоже души не прикоснется мука вечная.

Радуйся, непщеванный бысть во очесех безумных умрети;

радуйся, яко вменися во озлобление исход твой.

Радуйся, яко аще и муку приял еси, упование твое безсмертия исполнено есть;

радуйся, вмале наказан быв, великими благодетельствован был еси.

Радуйся, яко Бог искуси тя, и обрете тя достойноа Себе;

радуйся, яко Бог искуси тя, яко злато в горниле.

Радуйся, егоже Бог яко всеплодие жертвенное приял есть;

радуйся, возсиявый во время посещения Твоего.

Радуйся, яко Богосветлою искрою по стеблию лозы Христовой потекл еси;

радуйся, яко в тебе воцарися Господь во веки.

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

Проповедник благовестный бысть воспитатель твой, Петр неколеблемый, возвратися во отечество, скончав подвиг свой, и проповеда тя по обетованию Царства Христова наследника, всех пети научая сице: Аллилуиа.

Возсиявый в вавилоне новем, прежней Руси Святей, истину Божию власти праведныя, тысящелетния плетения попрал еси: о тебе всякая лесть сия паде: мнози убо, не ведущи о тебе ничесоже, но токмо зряще лик твой, благосердый плач зачинают, поюще:

Радуйся, сыне великомучеников;

радуйся, внуче царя-миротворца.

Радуйся, правнуче царя-освободителя;

радуйся, наследниче крамолы победителя.

Радуйся, благословение старца Феодора;

радуйся, страстотерпца Павла императора преемниче.

Радуйся, твердостию воли праотцу Петру Великому подобящийся;

радуйся, тишайшему царю тезоименный.

Радуйся, материю основателя Дома твоего предреченный;

радуйся, новый царевич углический.

Радуйся, Андрея Боголюбиваго сродниче;

радуйся, Бориса и Глеба рождие.

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

Хотящу Иоанну, венчающему и затворяющему Град Божий на земли нашей от нынешняго века преставитися прелестнаго, озарил еси сего пренебесным Светом от купели твоея, младенче царевиче, сей же умныма очима восприемля сие: Свет Христов просвещает всех, вопиял есть в сердци своем, в Горний Алтарь вознося Свет твой, поя, вопия, взывая и глаголя: Аллилуиа.

Новую мученицу царицу Александру тобою показа Христос Бог, новаго человека Божия тя являя, Новую Землю и Новое Небо отверзая нам. пети понуждая сице:

Радуйся о Господе, облече бо тя в ризу спасения;

радуйся, яко Бог возложи ти венец и украси тя красотою.

Радуйся, источающий благодать, яко миро на главе, сходящее на браду Аароню;

радуйся, подающий благодать тебе молящимся.

Радуйся, сильне, препоясующий меч твой по бедре твоей;

радуйся, наляцающий, успевающий, царствующий истины ради и кротости и правды.

Радуйся, непорочен бо путь твой, и на высоких поставляет тя Бог;

радуйся, яко Бог прослави тя десницею крепости.

Радуйся, яко десница Божия по молитве к тебе сокрушает враги;

радуйся, прежде рождения, по рождении и по смерти в руце Божией пребываяй.

Радуйся, побеждаяй, наследуяй Божия;

радуйся, сыне Божий по благодати.

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

Странное чудо о тебе видевше, устранимся мiра, ум на Небеса преложше: како до четвертаго рода по убиении твоем, в песнех, книгах, в мыслех и на сердце народа твоего, по запрещении помнити тя, очи твои, во образе некоего отрока, неотступно рекут нам: кровь твоя, о царевиче, на нас и на чадех наших. О покаяния новаго, помилуй нас пети тобою: Аллилуиа.

Весь бе в Вышних, и нижних никакоже отступи, о капле последняя долготерпения Божия: нарцыте Алексием мя, рекл еси клевретом твоим, аще ли же пестунов узрите, глаголите: Алексий Николаевич, аще же узрите царя, именуйте: Ваше Императорское Высочество. О царевиче мучениче: ты сам веси имя коегождо от нас: помяни нас в молитвах Богу твоему: поющих:

Радуйся, непорочный во всем житии твоем, ходящий в законе Господни;

радуйся, испытающий свидения Его, всем сердцем взыскавый Его.

Радуйся, юнейший, сохранивый словеса Божия, путь свой исправивый;

радуйся, наученный оправданиям Божиим, за вся благодаривый Господа.

Радуйся, яко слово Божие бысть в страх твой;

радуйся, утешенный во смирении твоем словом Божиим, живящим тя.

Радуйся, в нощи страданий твоих помянувый Имя Божие;

радуйся, причастник всем боящимся Господа и хранящим заповеди Его.

Радуйся, смирен быв Господом, яко научися оправданием Его;

радуйся, яко возвеселилися о тебе суть вси боящиися Господа.

Радуйся, яко присно жива душа твоя, и Господа хвалит;

радуйся, взысканный Господом, о нем же радуются легионы ангелов.

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

Всякое естество ангельское удивися великому твоему смирению: егда извещен был еси об отречении святаго отца твоего, ниже единым словом вопросил еси о порфирородных правах твоих, человече Божий: обаче первое слово твое о России бысть, темже умоли Троицу Святую, Ейже предстоиши ныне, сохранити нам русскость нашу сиречь Православие, поюще Богу: Аллилуиа.

Ветия многовещанныя, яко рыбы безгласныя, видим о тебе, царевиче: хотяще оклеветати тя, якоже отца и матерь твоих, ничтоже успевают: Бог бо сохрани тя неприкосновенна от лести бесовския, темже молим тя сице:

Радуйся, яко аще не станут премудрии, яко ты, не внидут в Царство Небесное;

радуйся, яко не избра Господь премудрии и сильнии, но тя избра.

Радуйся, суемудрыя студа исполняющий;

радуйся, словоблудныя потоки изсушающий.

Радуйся, яко тобою лютые взыскателие посрамляются;

радуйся, смрад новейших баснотворцев проявляющий.

Радуйся, иудейския плетения растерзающий;

радуйся, души наша миром исполняющий.

Радуйся, неведение умное теплотою сердечною превращающий;

радуйся, разум в вере неколеблем утверждающий.

Радуйся, чадо, отцев укрепляющее;

радуйся, блудных сынов за покаяние отцовства сподобляяй.

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

Спасти хотя мир тысящелетний на земли сей устрояемый, многажды снисходил отец твой блудному народу: последи же тя в свое место предложил есть, да устыдятся сына: ты же в страдании навыкл еси, темже и страждущим и обремененным грехи многими заступник быти вожделел еси, Богу зовый: Аллилуиа.

Стена еси младенцем, отроком и отроковицам ты, о царевиче, гной и смрад мерзостей содомских нетрудно изгоняющий, иго благое и бремя легкое в сердца водворяющий, глас хлада тонка, воню райскую слезоподательную нам туне дарствующий, да благодарим:

Радуйся, ратнаго отечестволюбия образе;

радуйся, воинскаго целомудрия начертание.

Радуйся, детския чистоты благородие являющий;

радуйся, чад увечных царских венцев за терпение сподобляяй.

Радуйся, отроков воинов мучеников новых созидающий;

радуйся, юнейший ратник в войске отца твоего.

Радуйся, архистратиже всех чад убиенных;

радуйся, противу блудных прилогов поборствуяй.

Радуйся, угрожаемых от насилия сохраняяй;

радуйся, тепле кающимся целомудрие возвращаяй.

Радуйся, безвинно девство иждивших невесты претворяяй;

радуйся, глумящихся материнству и девству страданием очищаяй.

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

Пение всякое побеждается, спростретися тщашеся простерту ти множицею лютою язвою твоею, наконец же простерту ти сущу в подклете дома Ипатиева посреде державы твоея, надолзе закалаему, не могущу абие умрети. О чада сладчайшего! О славы русския! О лепоты неприступныя! Како вдался еси христоненавистником, спростретися тщащийся на Кресте простерту Богу твоему, Емуже поем: Аллилуиа.

Светоприемную свещу сущему во тьме скорби по убиенному сыну воеводе альбионскому зрим тя, царевиче: невещественный бо вжигая огнь, состраждеши сему: не должно ти быти единому в час сей – глаголеши, соседя ему, научая нас пети тебе:

Радуйся, во страдании жизнь свою истощивый;

радуйся, сострадание нам источаяй.

Радуйся, великомучениче в житии твоем;

радуйся, обретший очи зрети страдание ближняго.

Радуйся, царскую порфиру кровию твоею обагряяй;

радуйся, в скиптра место крест приемляй.

Радуйся, кровь твою, яко алавастр мира Христу приносяй;

радуйся, неисцельныя болезни легце исцеляяй.

Радуйся, за царство земное Небесное Царство приемый;

радуйся, вразумляяй земное отечество любити, да Небеснаго сподобимся.

Радуйся, аще и пресечеся тобою род твой;

радуйся, рождая нас в Жизнь Вечную.

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

Благодать дати восхотев чадом, аще и неверным, Отец Небесный открывает нам сияние крестной славы твоея, да усрамимся новаго сего мученика-царевича, сей же сквозе все житие распинаем быв грехми народа русскаго, присно поет: Аллилуиа.

Поюще твое рождество третие, хвалим тя вси, храме одушевленный воскресения нашего: веселят бо страдания твоя нас ничесоже боятися кроме утраты любве Христовой, научающе в малых скорбех наших пети тебе:

Радуйся, младенческим незлобием мученический венец преукрасивый;

радуйся, загражденными усты обличаяй жестосердие христоненавистников.

Радуйся, яко уверение истинныя веры являешися;

радуйся, потоком крови твоея доныне заграждающий потоки беззакония.

Радуйся, древним седми Маккавеям твердостию души уподобивыйся;

радуйся, мудре на отроковицы Веру, Надежду и Любовь взираяй.

Радуйся, истрезвляющий нас к безстрашному свидетельству Истины;

радуйся, яко нам заступление суть честная страдания твоя.

Радуйся, яко ты еси израильтянин истинный, в нем же льсти несть;

радуйся, яко сего ради убиен бысть за Христа.

Радуйся, долгоумиранием злобу жидовскую истощивый;

радуйся, излиянием крови твоея Церковь благодатию наполняяй.

Радуйся, царевиче Алексие, защитниче теплый целомудрия.

О страстотерпче четыренадесятолетний царевиче Алексие! Егда ты возсмеявался еси во тьме, самодвижныя картины созерцая, вси сущии окрест тебе обращашася во еже зрети тя: зане в страданий место радость осеняющая тя бысть якоже смех Сарры, якоже радость царицы Елены, егда обрете Честный Крест, и якоже радость матере твоея, егда родитися тебе. Помолися Владыце и Богу твоему не лишитися и нам радости оныя, слезами покаяния даруемой, да будет о нас радость ангелов вящшая неже о девятидесяти и девяти незаблуждших овцах, да и о нас ты возможеши пети Богу: Аллилуиа.

Сек Кондак глаголи трижды. Посем же паки 1-й Икос и 1-й Кондак.

Молитва святому великомученику благоверному Царевичу Алексию

О страстотерпче святый царевиче Алексие! О новый Димитрие царевиче, якоже и сей, Дом свой заключающий! О Гавриилу Белостокскому и прочим младенцем, жидов обличителем, подобящийся! О Артемию отроку, народом пренебрегаему, последующий! Известны мы, яко ополченное войско, окруженное, тобою из топи непроходимыя невозбранно изведено бысть. Сии же изводимии, священнику, дерзновением фесвитятину Илии подобному, запинаху молити тя о спасении, не сущу ти людьми прославленну. Се ныне зриши царство твое, о нем же глаголал еси: Егда аз буду царь, не будет лжи окрест мене – днесь царство отца лжи является, за еже доселе не царствуеши ты в сердцах народа твоего. Сам убо, о царевиче, прииди и стани зде с нами, уцеломудри нас, аще и не волящих: ты еси врач изрядный, ведящий более нас потребная ко спасению нашему. Вемы сострадание твое, вемы кротость твою, вемы любы твою к народу твоему: помози в долгонедужии сущим людем твоим, не попусти любвеоставленней быти прежде Святей Руси, но сам яко веси, приими дерзновение во спасение наше. Аминь.

Фонд Святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского Чудотворца, Россия, Москва.

Небесный отрок.

Короткая, пронзительная жизнь.

Цесаревич Алексей не дожил нескольких недель до своего 14-летия.

Алексей Николаевич Романов родился 30 июля 1904, Петергоф. Наследник Цесаревич и Великий Князь, пятый ребёнок и единственный сын Николая II и Александры Фёдоровны. Алексей был последним и самым желанным ребенком в царской семье. Таких детей в России называют "вымоленными".

"Во время крещения с младенцем произошел замечательный случай, обративший на себя внимание всех присутствующих, – писал игумен Серафим (Кузнецов). – Когда новорожденного цесаревича помазывали святым миром, он поднял свою ручку и простер свои пальчики, как бы благословляя присутствующих".

Кем бы мог стать этот мальчик, доживи он до зрелости?

Цесаревича решили назвать Алексеем. Полагают, что Наследник получил имя Алексей не только в память Царя Алексея Михайловича, но и в память преп. Серафима Саровского, в миру Алексея. Именно св. Серафиму Саровскому молилась царская чета о ниспослании Богом наследника.

В январе 1907 года, когда Алексею было два с половиной года, Император решил показать Его Л.-Гв. Атаманскому полку, Августейшим Шефом которого Царственный ребенок являлся.

«Государь взял на руки Наследника и медленно пошел с Ним вдоль фронта казаков. Я стоял, — вспоминает генерал, — во фланге своей 3-й сотни и оттуда заметил, что шашки в руках 1-й и 2-й сотен качались. Досада сжала мое сердце: «Неужели устали? Этакие бабы! Разморились!»

Государь подошел к флангу моей сотни и смотрел в глаза казакам, наблюдая, чтоб у меня-то, в моей штандартной вымуштрованной сотне не было шатания шашек. Нагнулся наш серебряный штандарт с черным двуглавым орлом, и по лицу бородача красавца вахмистра потекли непроизвольные слезы.

И по мере того, как Государь шел с Наследником вдоль фронта, плакали казаки, и качались шашки в грубых мозолистых руках, и остановить это качание я не мог и не хотел».

Люди, знавшие его, говорили, что на лице наследника лежала особенная печать – печать страдания. Мальчик был очень красив, а особенно запоминался всем взгляд больших серых глаз. Но не случайно, наверное, во многих воспоминаниях о Цесаревиче Алексее повторяются одни и те же слова "не от мира сего".

"Даже тогда, когда цесаревич смеялся, глаза эти хранили скорбность затаенного страдания, – писалаС.Офросимова.- Вспоминая теперь выражение этих изумительных глаз, я невольно вспоминаю и трагическое лицо Государыни, и мне кажется, что эти глаза и черты,, тогда такие разные по выражению, говорили об одном и том же страдании. "

А вот фрагмент из записок боевого офицера, лежавшего в годы войны в Царскосельском госпитале: "Несколько раз бывал наследник. Здесь я не могу писать спокойно. Нет умения передать всю прелесть этого облика, всю нездешность этого очарования. Не от мира сего. О нем говорили: не жилец! Я в это верил и тогда. Такие дети не живут. Лучистые глаза, чистые, печальные и вместе с тем светящиеся временами какой-то поразительной радостью".

В своих детях Императорская Чета с малолетства воспитывала сострадание и любовь к людям, честность, самоотверженность и аскетизм. "Чем выше человек, тем скорее он должен помогать всем и никогда в обращении не напоминать своего положения, – говорил Государь, – такими должны быть и мои дети". Они воспитывались в простоте и строгости.

"Дети должны учиться самоотречению, учиться отказываться от собственных желаний ради других людей, и долг родителей в отношении детей – подготовить их к жизни, к любым испытаниям, которые ниспошлет им Бог", – писала Государыня.

Царевич и Великие Княжны спали на жестких походных кроватях без подушек, одевались просто, платья и обувь переходили от старших к младшим. Еда была самая простая.

Жизнь наследника была полна страданий – он болел гемофилией.

­

Цесаревич во время болезни.Спала.

По линии матери Алексей унаследовал гемофилию, носительницами которой были некоторые дочери и внучки английской королевы Виктории (1837-1901). Заболевание стало очевидным уже осенью 1904 г., когда у двухмесячного младенца началось тяжелое кровотечение.

Любая царапина могла привести к смерти ребенка; оболочки его артерий и вен была так слабы, что всякий ушиб, усиленное движение или напряжение могли вызвать разрыв сосудов и привести к роковому концу: падение, кровотечение из носа, простой порез – все, что для обыкновенного ребенка было бы пустяком, могло быть смертельным для Алексея.

С самых первых лет жизни Цесаревичу требовался особый уход и постоянная бдительность, вследствие чего к нему по предписанию врачей были приставлены в качестве телохранителей два матроса с императорской яхты: боцман Деревенько и его помощник Нагорный.

Живой, непоседливый ребенок, маленький Алексей часто падал, получая при этом ушибы. Его укладывали в постель, и когда к нему приходил Государь, мальчуган просил рассказать о тех полках, Шефом которых Наследник являлся и по которым он скучал, когда болел.

Как и Державный Родитель, Алексей Николаевич был влюблен в армию и любил слушать рассказы отца об истории знакомых ему полков и о сражениях, в которых те участвовали.

«Наследник Цесаревич имел очень мягкое и доброе сердце. Он был горячо привязан не только к близким Ему лицам, но и к окружающим Его простым служащим. Никто из них не видел от Него заносчивости и резкого обращения. С интересом и глубоким вниманием вглядывался Он в жизнь простых людей, и часто у Него вырывалось восклицание: «Когда Я буду Царем, не будет бедных и несчастных. Я хочу, чтобы все были счастливы».

Когда болезнь отступала, это был живой и жизнерадостный ребенок, сердечный, отзывчивый, умный. По словам близких, он отличался большими способностями и учился почти шутя. Это был благочестивый ребенок, который, кажется, за всю свою короткую жизнь просто не успел нагрешить, на нем как будто изначально лежал отблеск святости.

Интересный штрих к образу цесаревича есть в воспоминаниях С. Я Офросимовой:

«Я вижу храм Феодоровского собора. Идет праздничная служба… Цесаревич стоит на Царском возвышении… На его бледное прекрасное лицо льется сияние тихо горящих лампад и придает ему неземное, почти призрачное выражение. Большие, длинные глаза его смотрят не по-детски серьезным скорбным взглядом… Он неподвижно обращен к алтарю, где совершается торжественная служба… Я смотрю на него, и мне чудится, что я еще где-то видела этот бледный лик, эти длинные скорбные глаза… Я напрягаю память и вдруг вспоминаю… Убиенные Борис и Глеб…»

Она же приводит свидетельство одного из ближайших учителей наследника: «В душе этого ребенка не заложено ни одной скверной или порочной черты; душа его — самая добрая почва для всех добрых семян; если суметь их насадить и взрастить, то Русская земля получит не только прекрасного и умного Государя, но и прекрасного человека». (Офросимова С. Я. "Царская Семья")

Таким и был этот мальчик, «душу яко чистое небо имевый», как говорится в тропаре ему.

В этом мальчике не было никакой заносчивости. Пьер Жильяр, воспитатель цесаревича, писал: "Алексей Николаевич был умный, сметливый и живой ребенок, в высшей степени сердечный и полный восторженности и пламенных порывов. Очень простой от природы, чуждый всякого высокомерия и тщеславия, он нисколько не кичился тем, что был Наследником. Он глубоко преклонялся перед своим отцом, боготворил его и старался подражать ему во всем."

Наследник обладал превосходным музыкальным слухом и великолепно играл на балалайке. Любимой его пищей были "щи и каша и черный хлеб, которые едят все солдаты", как он всегда говорил. Ему каждый день приносили пробу щей и каши из солдатской кухни сводного полка; цесаревич съедал все и еще облизывал ложку, говоря: "Вот это вкусно, не то, что наш обед".

Болезнь воспитала в цесаревиче огромную силу воли и сострадание к людям. Сейчас можно только предполагать, какой была бы Россия, если бы Алексей стал ее главой.

По словам П. Жильяра, Алексей был центром тесно сплоченной Царской семьи, на нем сосредотачивались все привязанности и надежды. «Сестры его обожали, и он был радостью своих родителей. Когда он был здоров, весь дворец казался как бы преображенным; это был луч солнца, освещавший и вещи, и окружающих. Счастливо одаренный от природы, он развивался бы вполне правильно и равномерно, если бы этому не препятствовал его недуг».

Цесаревич Алексей в Ставке.

По традиции великие князья в день своего рождения становились шефами или офицерами гвардейских полков. Алексей стал шефом 12-го Восточно-Сибирского стрелкового полка, а позже и других воинских частей и атаманом всех казачьих войск.

Государь знакомил его с русской военной историей, устройством армии и особенностями ее быта, организовал отряд из сыновей нижних чинов под руководством «дядьки» Цесаревича Деревенько и сумел привить наследнику любовь к военному делу.

Николай II с Наследником Цесаревичем на фронте.

Алексей часто присутствовал при приеме депутаций и на смотрах войск, а в годы Первой мировой войны с отцом посещал действующую армию, награждал отличившихся бойцов, сам был награжден серебряной Георгиевской медалью 4-й степени.

20 июля 1914 г. президент Французской Республики Р. Пуанкаре вручил наследнику ленту ордена Почетного легиона.

В Петрограде в Зимнем дворце работали два учреждения имени Алексея – госпиталь и Комитет единовременных пособий больным и раненым воинам, также его имя носили многие военные лазареты.

С началом великой войны Императору часто приходилось покидать Царское Село и уезжать в Ставку Верховного Командования, которая находилась в Могилеве. В эти поездки Николай Александрович брал с собой сына.

И Царь, и Царица считали жизнь в Могилеве полезной для Цесаревича; они полагали, что в подобной обстановке он сможет легче побороть свою застенчивость и будет лучше подготовлен к обязанностям Монарха. И в самом деле, по воспоминаниям тех, кто видел его в Ставке, в Могилеве Алексей уже не производил впечатления застенчивого ребенка.

В Ставке вместе с отцом Наследник принимал участие в смотре войск. Несмотря на то, что Ему было всего одиннадцать лет, Цесаревич очень серьезно относился к своей миссии, а к военному делу вообще проявлял, как и Отец, неподдельный интерес.

Наследник никогда не жаловался на усталость. В Могилеве Алексей разместился в одной комнате с отцом; спал на такой же простой железной кровати и иногда даже присутствовал на докладах и официальных встречах.

Родители считали, что Алексея надо чаще показывать народу и войскам. Они должны были знать и любить своего будущего Повелителя.

Императрица не сомневалась, что зрелище ангелоподобного Сына усиливало симпатию людей к правителям, крепило основы Монархии и развеивало зловредные слухи о физической «неполноценности» и «ущербности» Цесаревича.

Главным дневным занятием Цесаревича в Ставке были уроки. Но когда они заканчивались, то единственное желание — находиться возле Отца.

Являясь строгим блюстителем распорядка, Император радовался каждой возможности иметь Сына рядом. Да и других чинов Ставки и Свиты вид умного и живого мальчика не оставлял равнодушными.

Говоря о том времени, дворцовый комендант В.Н. Воейков вспоминал: «Завтракал Алексей Николаевич за общим столом, сидя по левую руку Государя. После дневной прогулки с Его Величеством, Наследнику подавался отдельно в 6 часов обед.

Между Своим обедом и сном он появлялся среди приглашенных в Высочайшему столу, причем держал себя совершенно непринужденно. Благодаря необыкновенной простоте и сердечности в обращении, Алексей Николаевич привлекал к себе все сердца как своей внешностью, так и духовной красотой".

Сам Государь император Николай II делал очень многое для воспитания в сыне внимания и сострадания к людям.

С П. Жильяром в Ставке. 1916 год.

Пьер Жильяр описывает следующий случай: «На возвратном пути, узнав от генерала Иванова, что неподалеку находится передовой перевязочной пункт, Государь решил прямо проехать туда. Мы въехали в густой лес и вскоре заметили небольшое здание, слабо освещенное красным светом факелов. Государь, сопутствуемый Алексеем Николаевичем, вошел в дом, подходил ко всем раненым и с большой добротой с ними беседовал.

Его внезапное посещение в столь поздний час и так близко от линии фронта вызвало изумление, выражавшееся на всех лицах.

Один из солдат, которого только что вновь уложили в постель после перевязки, пристально смотрел на Государя, и, когда последний нагнулся над ним, он приподнял единственную свою здоровую руку, чтобы дотронуться до его одежды и убедиться, что перед ним действительно Царь, а не видение.

Алексей Николаевич стоял немного позади своего отца. Он был глубоко потрясен стонами, которые он слышал, и страданиями, которые угадывал вокруг себя».

С 8 марта 1917 г. Царская Семья находилась под арестом в Царском Селе, а 1 августа была отправлена в ссылку в Тобольск, где находилась в заключении в доме губернатора.

Здесь Государю удалось осуществить мечту о том, чтобы самому заняться воспитанием сына. Он давал уроки Цесаревичу в мрачном доме в Тобольске. Уроки продолжались в нищете и убожестве екатеринбургского заточения, куда императорскую семью перевезли весной 1918 г.

Жизнь Царской Семьи в доме инженера Н.К. Ипатьева была подчинена строгому тюремному режиму: изоляция от внешнего мира, скудный продовольственный паек, часовая прогулка, обыски, враждебность стражи.

Еще в Тобольске Алексей упал с лестницы и получил тяжелые ушибы, после которых долго не мог ходить, а в Екатеринбурге его болезнь сильно обострилась.

В трагическое время семью объединяла общая молитва, вера, надежда и терпение. Алексей всегда присутствовал на богослужении, сидя в кресле, у изголовья его кровати висело множество иконок на золотой цепочке, которая впоследствии была похищена охранниками.

Находясь в окружении недругов, узники обращались к духовной литературе, укрепляли себя примерами Спасителя и св. мучеников, готовились к мученической кончине.

Последние месяцы своей жизни, находясь в заключении в Екатеринбурге, Алексей не мог ходить. Однажды он сказал: "Я понял, что такое ложь. Если бы я стал царем, никто не посмел бы мне соврать. Я бы навел порядок в этой стране". Но его словам не суждено было сбыться.

Цесаревич Алексей не дожил до своего четырнадцатилетия нескольких недель. В ночь на 17 июля 1918 г. он был зверски убит вместе с родителями и сестрами в подвале Ипатьевского дома.

На расстрел Алексея нес на руках собственный отец – император Николай II. Зверское убийство целой семьи, которое произошло в ночь на 17 июля 1918 года в подвале дома Ипатьева, не находит себе оправданий. Большевики расстреляли всю царскую семью, прислугу, врача и даже маленькую собачку Джемми, любимицу Анастасии.

Царевич Алексей причислен к лику святых вместе со всей Царской семьей и их жертвенными слугами в 1981 г. Русской Зарубежной Церковью., а в 2000 г. — Русской Православной Церковью Царская Семья была причислена к лику святых..

ТРОПАРЬ святому благоверному Царевичу Алексию, глас 1

Благословенное чадо лозы добродетельной, с младенчества страданиями на крест восшедый, душу яко чистое небо имевый, и сердце – пламень к Богу горящий, святый благоверный Царевичу Алексие, с родители мужески пострадавый во искупление грехов народа Российского. Ныне же небесною трапезой наслаждаешися, выну Богу вопия:

Господи, помилуй землю Русскую.

Чудо спасения по молитвам Царевича Алексия.

В Русской эмигрантской печати сообщено в 1947 г. о дерзновенном молитвенном призывании Царской семьи в опасности, когда сотня казаков, потеряв связь с обозом и войском, оказалась в окружении неприятеля среди болот.

Священник о. Илия призвал всех к молитве, говоря: «Сегодня день памяти нашего Царя-мученика. Сын его, отрок Алексий-Царевич, был войск казачьих Атаманом почётным. Попросим их, чтобы ходатайствовали пред Господом о спасении христолюбивого воинства казачьего».

И отец Илия отслужил молебен "«Царю-мученику, Государю Российскому». А припев на молебне: «Святые мученики дома Царского, молите Бога о нас»,- пела вся сотня и обоз.

В конце молебна отец Илия прочитал отпуст: «Молитвами святого Царя-мученика Николая, Государя Российского, Наследника его отрока Алексия-Царевича, христолюбивых войск казачьих атамана, благоверной Царицы-мученицы Александры и чад её Царевен-мучениц помилует и спасет нас, яко благ и человеколюбец».

На возражения, что эти святые мученики ещё не прославлены и чудеса от них ещё не явлены, о. Илиявозразил: «А вот молитвами их и выйдем. А вот и прославлены они. Сами слыхали, как народ прославил их. Божий народ. А вот и покажет нам путь святой отрок Алексий-Царевич.

А вот не видите вы чуда гнева Божия на Россию за неповинную кровь их. А вот явления узрите спасением чтущих святую память их. А вот указание вам в житиях святых чтите, когда на телесах святых мучеников без всякого прославления христиане храмы строили, лампады возжигали, молились таковым яко предстателям и ходатаям...»

Сотня и обоз из окружения вышли чудесным открытием о. Илии.

Шли по колено и по пояс, проваливались по шею. Лошади вязли, вытаскивали, опять шли. Сколько шли и устали ли, не помнят. Никто ничего не говорил. Лошади не ржали.

И вышли. 43 женщины, 14 детей, 7 раненых, 11 стариков и инвалидов, 1 священник, 22 казака — всего 98 человек и 31 конь. Вышли прямо на ту сторону болота, угол которого занимали казаки, сдерживающие обходное движение красных, прямо в середину своих.

Из окрестных жителей никто не хотел верить, что прошли они этим путём. И шума перехода не слыхал неприятель. И следа, куда ушли отрезанные, не могли утром установить неприятели.. Были люди — и нет их!

Государыня с сыном. Алексею Николаевичу три года.

Цесаревич Алексей с сестрой Великой Княжной Марией, 1911 год.

С Великой Княжной Анастасией.

Алексей подметает дорожку в парке. (Царское Село), фото 1908 г.

Духовник Царской Сеньи протоиерей Александр Васильев, 1912 год.

Цесаревич Алексей во дворе Зимнего дворца. 1914.

Николай II и цесаревич Алексей на берегу Днепра, фото 1916 год.

Окрестности Могилёва, фото лето 1916 г.

Игровая комната царевича Алексия.

Игрушечные витязи Цесаревича.

Катальная горка в Александровском дворце. Царское Село.

Кроватка Цесаревича и его моленный угол.

Макет Свято-Троицкой Сергиевой Лавры из игровой комнаты Цесаревича.

Настольная игра Цесаревича ПУТЕШЕСТВИЕ ПО РОССИИ.

Настольная игра Цесаревича – "ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ".

В Императорском вагоне. Николай II, императрица Александра Федоровна и цесаревич Алексей (весна 1916 года).

Николай II и цесаревич Алексей с группой офицеров в Ставке.

С Великой Княжной Татьяной, Царское село, 1917 год.

За пилкой дров во время ссылки императорской семьи в Тобольске, 1918 год.

Одна из последних фотографий Цесаревича Алексея, 1918 год.

Твои бесценны, Ангел, нам страдания,

Рубашечка в младенческих слезах,

И тонкий нервный лик ( уже иконный),

И чаша горя в неземных глазах.

Каких молитв не пролила, любя,

Как поцелуями головку осыпала,

Желая за тебя отдать себя.

Лишь избранным доверено познать,

Как слышать крики своего ребенка

И с Божьей Матерью Голгофе предстоять.

«Учебник скорби»- даровал Господь,

Оценка 4.7 проголосовавших: 17
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here